реферат
Главная

Рефераты по зарубежной литературе

Рефераты по логике

Рефераты по маркетингу

Рефераты по международному публичному праву

Рефераты по международному частному праву

Рефераты по международным отношениям

Рефераты по культуре и искусству

Рефераты по менеджменту

Рефераты по металлургии

Рефераты по муниципальному праву

Рефераты по налогообложению

Рефераты по оккультизму и уфологии

Рефераты по педагогике

Рефераты по политологии

Рефераты по праву

Биографии

Рефераты по предпринимательству

Рефераты по психологии

Рефераты по радиоэлектронике

Рефераты по риторике

Рефераты по социологии

Рефераты по статистике

Рефераты по страхованию

Рефераты по строительству

Рефераты по схемотехнике

Рефераты по таможенной системе

Сочинения по литературе и русскому языку

Рефераты по теории государства и права

Рефераты по теории организации

Рефераты по теплотехнике

Рефераты по технологии

Рефераты по товароведению

Рефераты по транспорту

Рефераты по трудовому праву

Рефераты по туризму

Рефераты по уголовному праву и процессу

Рефераты по управлению

Контрольная работа: Философия природы в поэзии Н. Заболоцкого 30-х годов

Контрольная работа: Философия природы в поэзии Н. Заболоцкого 30-х годов

ГОУ ВПО Череповецкий государственный университет

Гуманитарный институт

Специальность 031001

«Филология (русский язык)»

Заочное отделение

Контрольная работа №40

по дисциплине: «Русская литература XX века»

по теме: «Философия природы в поэзии Н.Заболоцкого 30-х годов».

выполнил: Храмцова Н.Ю.

гр. 2ЗФР-51

проверил: Остренко И.А.

2010 г.


Содержание

Введение

Натурфилософская концепция Н. Заболоцкого

Заключение

Список литературы


Введение

В русской философии и литературе 30-х годов XX века антропоцентристское направление почти полностью вытесняет идею «биоцентризма» (идея единства человека и природы). Усиление антропоцентристских настроений в науке и культуре объясняется рядом причин: во-первых, активизацией технократических идей мирового прогресса, обусловленной успехами науки в конце XIX — начале XX вв.; во-вторых, разрушением нравственно-религиозных представлений русского народа, в том числе интеллигенции, которое особенно бурно происходило в 1920-30-е гг., место Бога-создателя в массовом сознании начинает занимать человек; в-третьих, нигилизмом общества по отношению к прошлому (а в прошлом, в XIX веке, господствовала идея единства человека и природы), получившим особые условия для развития после 1917 года.

Творческим ядром антропоцентристского направления являлись идеи «русских космистов» К.Циолковского, В.Вернадского, Л.Чижевского и др. Характерные для этого направления мысли о взаимоотношениях человека и природы высказывает К.Циолковский, автор не только многочисленных научных трудов, но и фантастических повестей.

Ученый рассматривает Землю как неблагополучную среду обитания человека, а космос — как пространство, имеющее экологические преимущества перед Землей. К.Циолковский предлагает технократическую по своей сути программу изменения климата и ландшафта Земли для удобства человека, призывает уничтожить все «несовершенные», «вредные» формы растительной и животной жизни (это же он считает полезным сделать и на других планетах), ликвидировать все моря и океаны, чтобы заселить освободившиеся пространства увеличивающимся населением, создать с помощью продуманного отбора новый вид человека (в литературе этого времени формировался новый герой, многими своими чертами близкий предлагаемому ученым человеку будущего) — «великодушного, общественного, долголетнего, талантливого, здорового, плодовитого, красивого». Не случайно позиция К.Циолковского была названа позже антропоэкокосмизмом.

В художественной литературе подобные представления породили в 1920-30-е годы обширнейшее направление — произведения о преображении природы руками человека, о так называемой «второй природе». Это нашло отражение в пролетарской поэзии и поэзии футуристов, в «производственной» и «деревенской» прозе, в художественной фантастике и др. Произведения названного направления утверждали в массовом сознании не только новые научные и философские идеи, но и представления о прекрасном, гармонии (они ориентированы не на «живое», а на «мертвое», на «язык» математики, техники), о роли и формах пейзажа в художественном произведении. При разных жанрово-стилевых ориентациях авторы тяготели к единому принципу изображения «второй» природы: отстраненность от реальной картины, идеализирующая типизация, символизация изображения, метафоричность стиля.

Названное философское направление сыграло роль связующего звена между XIX и XX веками в понимании и художественном изображении природы и человека. Природа виделась писателям первичной по отношению к человеку, влияющей на его жизнь, формирующей нравственные и эстетические представления как отдельного человека, так и целого народа. В литературе ставилась задача изучения и защиты природы (развивается природоведческое направление, но, в силу создавшихся условий, гораздо менее значительное, чем во второй половине XIX века), воссоздания в художественном произведении полноты ее реальной жизни, изображения ее как самостоятельного объекта изучения. К этим художникам следует отнести часть крестьянских писателей 1920-х годов, часть писателей старшего поколения, верных традициям литературы XIX века; а также М.Пришвина, Вяч.Шишкова, М.Шолохова, К.Паустовского и др. К ним присоединялись наделенные даром предвидения писатели, ранее увлеченные антропоцентризмом, например А.Платонов. В 1930-е годы он пишет о богатстве и красоте природы, о необходимости облагораживания ею человечества, в человеке видит не базисную, а надстроечную силу. Названным писателям нужно было проявить мужество, чтобы остаться верными своей позиции, т.к. она оказалась противостоящей официальной идеологии и политике и оценивалась как враждебная по отношению к ним.


Натурфилософская концепция Н. Заболоцкого

Одним из поэтов, которые посвящали свои произведения проблеме «человек и природа», был Николай Алексеевич Заболоцкий. В своих произведениях 30-х годов он изложил свое видение этой проблемы. Рассвет творчества поэта пришел на рубеже тридцатых годов, которые ломали жизнь миллионам людей. Его поэзия не криклива — это разговор по душам, вдумчивый взгляд художника на жизнь, природу, на человека. Заболоцкий старался найти в ней выход своим мыслям о смысле жизни, о предназначении человека в этом мире. Поэт старался найти и обосновать свое место среди людей. Его литературное наследие невелико. Оно включает в себя томик стихотворений и поэм, несколько томов поэтических переводов, немногочисленные заметки о поэтах и писателях, произведения для детей. Преданность своему делу была характерной чертой писателя, и, несмотря на трудную жизнь, он сумел вписать новое, весомое слово в русскую поэзию.

На взгляды поэта, как он сам признавался, огромное влияние оказали Энгельс в своей «Диалектике природы» и Циолковский, с философскими произведениями которого он познакомился в самом начале 30-х годов. Прежде всего его поразила близость многих идей Циолковского к его собственным заветным мыслям. Заболоцкий полностью принимает у Циолковского его «мысли о будущем Земли, человечества, животных и растений». Так же в своем творчестве поэт опирался на идею Хлебникова: "Я вижу конские свободы я равноправие коров", доводя эту поэтическую метафору до настоящего (утопического) учения в поэмах «Торжество земледелия», «Безумный волк», «Лодейников» и другие.

В основе натурфилософской концепции Заболоцкого - представление о мироздании как единой системе, объединяющей живые и неживые формы материи, которые находятся в вечном взаимодействии и взаимопревращении. Развитие этого сложного организма природы происходит от первобытного хаоса к гармонической упорядоченности всех ее элементов. И основную роль здесь играет присущее природе сознание, которое, по выражению К. А. Тимирязева, "глухо тлеет в низших существах и только яркой искрой вспыхивает в разуме человека". Поэтому именно человек призван взять на себя заботу о преобразовании природы, но в своей деятельности он должен видеть в природе не только ученицу, но и учительницу, ибо эта несовершенная и страдающая "вековечная давильня" заключает в себе прекрасный мир будущего и те мудрые законы, которыми следует руководствоваться человеку. В 1929—30 поэт напишет натурфилософскую поэму «Торжество земледелия», затем поэму «Безумный волк». Это был его поэтический проект установления единства мироздания, объединения живых и неживых форм материи, умножения чистоты и гармоничности отношений человека с природой.

«Торжество земледелия» – идейный итог ранней натурфилософской лирики Заболоцкого. «Человек бесклассового общества, который хищническую эксплуатацию заменил всеобщим творческим трудом и плановостью, не может в будущем не распространить этого принципа на свои отношения с порабощенной природой. Настанет время, когда человек – эксплуататор природы превратится в человека – организатора природы», – так пытался поэт объяснить замысел своего произведения в ответ на уничтожающую критику его поэмы. В поэме "Торжество земледелия" утверждается, что миссия разума начинается с социального совершенствования человеческого общества и затем социальная справедливость распространяется на отношения человека к животным и всей природе.

Время действия поэмы – коллективизация. Социальное переустройство рассматривалось Заболоцким как начало радикального преображения мира. «Пролог» к поэме открывается зрелищем расхристанной, беспризорной природы («Тут природа вся валялась В страшно - диком беспорядке»). Такой облик мира, конечно, не реалистическое его отражение, а тот идейный образ, который соответствует представлению о глубинном законе энтропии и смерти, царящем в нем. Так явленная наличная, природная данность – своеобразный философский аргумент поэта, приводящий к дальнейшим выводам о необходимости нового в ней порядка. Природа как будто сама стремится к нему, а человек, ее разум, авангард эволюции, выражает это стремление и осуществляет его.

Такому взгляду на природу Заболоцкий остался, по существу, верен на протяжении всего своего творчества, изменилась лишь художественная форма выражения. В ранний период она – резче, эксцентричнее, в поздний – спокойнее, классически уравновешеннее, но мысль та же. В «Торжестве земледелия» мир не просто перестраивается, а радикально преображается, начинается настоящая онтологическая революция, призванная установить «новое небо» и «новую землю».

Мы же новый мир устроим

С новым солнцем и травой.

Это, конечно, высшая цель, предел дерзаний, и к ней ведет не один этап. Это утверждается в поэме «Безумный волк» (1931), непосредственно примыкающей к «Торжеству земледелия». Природа, явленная в восходящих формах жизни вплоть до ее вершины - человеческого сознания, - основной предмет, занимающий ум и воображение Заболоцкого. Это природное восхождение выстраивалось для него в иерархию возрастающей ценности. Небытие, куда возвращается индивидуальная жизнь после смерти, где уничтожается организация и форма - область распада и хаоса, - вообще лежит вне ценностного определения. Только жизнь имеет настоящий смысл.

Нет в мире ничего прекрасней бытия,

Безмолвный мрак могил — томление пустое.

(«Завещание»)


Причем эта восходящая лестница природных существ свидетельствует о порыве к совершенствованию, пронизывающем саму природу.

Волк в философской поэме Заболоцкого концентрированно-символически воплощает это стремление. Отталкиваясь от своих лесных собратьев, для которых круг существования задан одним повелительным «Я жрать хочу, кусать желаю!» — Волк специальным станком выворачивает себе шею, совершив, как когда-то человек, основополагающий акт самосозидания, рывок от горизонтали земли, животной похоти в вертикаль, к небу, познанию и труду. Он демонстрирует весь пройденный человечеством ряд культурного развития: постигает законы природы, занимается наукой и литературой. Но его высокое безумие в том, что он дерзает на, казалось бы, невозможное: проникнуть в сам творящий стан природы, повторить когда-то осуществленные ею эволюционные метаморфозы, например, превратить растение в животное. Его манит идеал совершенной красоты и гармонии, символически означенный «волшебной звездой Чигирь». Открыть путь к ней может победа над путами природных законов, земным притяжением. Но одним даже самым напряженно-экстатическим усилием воли взлететь к свободе и бессмертию нельзя. «Великий Летатель Книзу Головой» погибает, но его подвиг ведет за собой других. И вот много лет спустя отмечается годовщина его смерти. Волки встали на путь цивилизации, идут по нему твердо и осмотрительно, опираясь на очевидные научные истины, трезвую практику. Волки-инженеры, доктора, музыканты все участвуют в строительстве новой жизни, составляя «мостик на другой берег земного счастья». Но они отвергают как нелепость крайние мечты Безумного Волка.

Подумай сам, возможно ли растенье

В животное мечтою обратить,

Возможно ль полететь земли произведенью

И тем себе бессмертие купить?


На эти сомнения Волка-студента отвечает Председатель, выразитель авторской идеи. Во-первых, указывает он, их прекрасный островок научно-технической победы стоит на природной основе, которая осталась не преображенной. Мир по-прежнему лежит во зле пожирания и смерти. Во-вторых, достигнутая ими новая ступень развития, их наука и искусство тоже совершенно нелепы на глаз и суждение старого животного мира, какого-нибудь Медведя, «конского громилы, коровьего Ассурбанипала». Развитию и совершенствованию пределы не поставлены, и самые «безумные» мечтатели, если ими движут благородные и высокие стремления,— «великие гладиаторы мысли» будущих времен.

Века идут, года уходят,

Но всё живущее — не сон:

Оно живет и превосходит

Вчерашней истины закон. <...>

Лежи смирно в своей могиле,

Великий Летатель Книзу Головой.

Мы, волки, несем твое вечное дело

Туда, на звезды, вперед!

«Туда, на звезды, вперед!» — звал реально существовавший мечтатель, Циолковский. Хотя, как и говорилось выше, идеи Циолковского были близки Заболоцкому, но при этом в представлениях Циолковского была одна сторона, которая вызвала внутреннее неприятие и сопротивление Заболоцкого. Речь идет о смерти и бессмертии.

Для Циолковского смерти фактически не существует. Он представлял Вселенную единым материальным телом, буквально кишащим жизнью, причем в самых разнообразных и усложняющихся формах; по ней бесконечно путешествуют атомы, покинувшие распавшиеся смертные тела, атомы, которые для Циолковского и есть неразрушимые «первобытные граждане», «примитивные Я». Настоящая блаженная жизнь для них начинается в мозгу совершеннейших, бессмертных существ космоса, притом, что огромнейшие промежутки «небытия», нахождения в низшем материальном виде, как будто и вовсе не существуют. Гарантией достижения бессмертного блаженства для мозговых атомов становится уничтожение в масштабах Земли и космоса несовершенных форм жизни, подверженных страданию, в которые эти атомы могли бы попасть. Такой атомный трансформизм, нечувствительность к проблеме личности Заболоцкий не принимал.

Вот тут и завязался тот драматический конфликт между чувством и знанием, который прошел через зрелую философскую лирику Заболоцкого, конфликт между «консервативным чувством» неприятия смерти и передовым, как ему казалось на примере Циолковского, знанием, утверждавшим неизбежность разброда «единого и неделимого» целого человеческой личности в бесконечные вещественные комбинации мира. Это был трудный и трагический, личный конфликт. Он точно передан в воспоминаниях Николая Чуковского: как тщетно пытался Заболоцкий примириться с участью стать материалом бесчисленных природных метаморфоз.

В поэзии Заболоцкого с редкой силой была выражена нестерпимая боль умирания. Эта боль настолько велика, что ею наделяется сама природа.

Река дрожит и, чуя смертный час,

Уже открыть не может томных глаз,

И все ее беспомощное тело

Вдруг страшно вытянулось и оцепенело

И, еле двигая свинцовою волной,

Теперь лежит и бьется головой.

(«Начало зимы»)


Мучительные сцены смерти в природе (вот еще из «Засухи», 1936: «В смертельном обмороке бедная река Чуть шевелит засохшими устами»), в которых особенно полно разворачивается свойственное поэту олицетворение природных явлений, конечно, истинное свое значение раскрывают для человека, выявляют его чувство, интенсивность его переживания.

«Нестерпимая тоска разъединения», вносимая смертью в жизнь, рождает в Заболоцком порывы горького душевного протеста.

Вчера, о смерти размышляя,

Ожесточилась вдруг душа моя.

Печальный день! Природа вековая

Из тьмы лесов смотрела на меня.

Моменты особенно обнаженного контакта с миром дают поэту ощущение, переходящее во внутреннее убеждение, что мертвые, великие и малые, все ушедшие поколения — здесь, они присутствуют в мире.

И все существованья, все народы

Нетленное хранили бытие,

И сам я был не детищем природы,

Но мысль ее! Но зыбкий ум ее!

Здесь выражен другой взгляд, чем традиционно пантеистическая философия вечного кругооборота веществ и существ в природе, бесконечного трансформизма мира, в которой сам Заболоцкий пытался успокоиться в «Метаморфозах» ("Мысль некогда была простым цветком; // Поэма шествовала медленным быком" - создания природы превращаются в создания духа, и наоборот, человек, умирая, сохраняет свой ум и душу в новых порождениях природы: "Я не умру, мой друг, // Дыханием цветов // Себя я в этом мире обнаружу"; "А то, что было мною, то, быть может, // Опять растет и мир растений множит"). Пытался, но так и не сумел. Отправиться в «необозримый мир туманных превращений» противилась его душа. Это противоречило и самому духу его убеждения в необходимости сознательного управления природной эволюцией. Ведь тем самым стушевывалась главная задача — вырвать жало смерти у природы. И, как будто стряхнув сладостный усыпляющий гипноз пантеистического примирения, он гневно восклицает:

Опять ты, природа, меня обманула,

Опять провела меня за нос, как сводня! /.../

В который ты раз мне твердишь, потаскуха,

Что здесь на пороге всеобщего тленья

Не место бессмертным иллюзиям духа,

Что жизнь продолжается только мгновенье!

Вот так я тебе и поверил!

Человек, венец мира, его преобразователь, не может принять тот факт, что его «жизнь продолжается только мгновенье».

Недаром исследователь творчества Заболоцкого А. Македонов утверждает: «В дальнейшем Заболоцкий приходит к своеобразной концепции материалистического понимания личного бессмертия, зародыши которой имелись уже в мыслях о некой материальности самих «мыслей» в «Торжестве Земледелия».

В этой концепции Заболоцкий принимает представления Циолковского о бессмертии как прогрессивной рекомбинации человека — государства атомов. Но возобновляющееся государство атомов для Заболоцкого есть и реальная возможность сохранения данного «государства» как единого неделимого, как этой личности; умирающей и возрождающейся и совершенствующейся».

Этот пробивающийся у Заболоцкого пафос личного бессмертия питается основным его убеждением, которому он никогда не изменял:

Недаром, совершенствуясь от века,

Разумная природа в свой черед

Сама себя руками человека

Из векового праха создает.

(«Мир однолик, но двойственна природа…»1948)


Заключение

Таким образом в 30-е годы Н. Заболоцкий разработал ту концепцию мировоззрения, которая зародилась у него в юные годы. Его поэзия стала следующим «моментом» развития и философского углубления темы природы. Он по существу первым в поэзии прямо и осознанно взглянул на природу не только как на единственно окружающий нас мир, прекрасно-гармоничный, дневной, или хаотический, ночной, как часто у Тютчева, мир, являющийся нашему созерцанию и проникновению, а как на совершенно определенный способ и принцип существования, основанный на взаимном пожирании, вытеснении и борьбе.

Николай Алексеевич Заболоцкий — один из лучших советских поэтов. Оригинальное, глубоко философское истолкование им взаимоотношений природы и человека, который открывает в ней всё новые тайны, находит новые соответствия своему углубляющемуся внутреннему миру, роднит Заболоцкого с такими замечательными русскими лириками, как Баратынский и Тютчев.

С каждым годом растет число почитателей, которые по достоинству оценили яркий талант, упорный труд и непрекращающиеся творческие поиски этого истинного и вдохновенного поэта.


Список литературы

1. Заболоцкий Н. Избранные произведения, тт. 1–2. М., 1972

2. Заболоцкий Н. Жизнеописание // Огонь, мерцающий в сосуде... М" 1995.

3. Македонов А. Николай Заболоцкий. Жизнь. Творчество. Метаморфозы. Л., 1968.

4. Михаил Эпштейн. Поэзия Заболоцкого.

5. Ростовцева И.И. Николай Заболоцкий. Опыт художественного познания. М., 1984

6. Турков А. Николай Заболоцкий. Жизнь и творчество. М., 1981



© 2011 Онлайн база рефератов, курсовых работ и дипломных работ.